В СССР свингеры жили дружно и счастливо

В СССР свингеры жили дружно и счастливо

Когда большинство моих знакомых произносят слово «свингер», то как-то морщатся, словно зуб болит: мол, ах времена, ах нравы… Ясное дело, что само это понятие стало как бы широко известно только пару десятилетий назад. Но и в СССР такое явление было!

Например, автору этих строк известен один такой случай времен начала 60-х годов прошлого века. Случай, конечно, скорее комичный, чем чисто «свингерский». Но место имел. Люди, которые его рассказали, относятся как раз к тому поколению — в конце 60-х они и поженились, и детей нарожали. Поскольку были они тогда молодыми — будем звать их по именам, без отчеств.

Жили-были неразлучные друзья Костя и Сережа (назовем их так, а то знакомых в городе много), и дружили они с такими же неразлучными подружками Светой и Валей (ну пусть такие имена носят в нашем повествовании). Вся компания работала на киевском заводе «Арсенал», кто инженером, кто конструктором, а кто и мастером.

Отпуска проводили вместе, отдыхали, праздники справляли тоже вместе. Но не было и намёка на то, чего «в СССР не было» — то бишь на секс. Что, наверное, нынешним молодым удивительно, но тогда так и было: помыслы чисты, а комсомольская организация бдительна. Типа до свадьбы — ни-ни…

Но пришло время, и молодые друзья, все четверо, начали задумываться о грядущих поколениях, то есть об их, так сказать, «воспроизводстве». Короче, пришла пора жениться. Свадьбу назначили в один день, суженых выбирали чуть ли не жребием. Ну и как бы выпало: Костя женится на Свете, а Сережа — на Вале. И все были довольны. Тем более что характеры и внешность у парней были примерно похожи, да и девушек часто за родных сестер принимали. В СССР вообще все люди выглядели одинаково — как велел очередной пленум ЦК КПСС, поэтому и перебирать не приходилось.

Далее вести рассказ от третьего лица как бы будет не очень удобно, предоставим слово самому красноречивому, Косте. Правда, сейчас он мужчина преклонных лет Константин Дмитриевич. Он согласился поведать правду о советских «свингерах», ведь столько лет прошло, да и живут две пары хорошо, внуки уже взрослые. Чего уж там! Но на всякий случай он разрешение на рассказ у всех участников этой истории запросил: вдруг им не понравится? Они были не против.

Итак, слово Косте, или Константину Дмитриевичу: «Ну вот представь себе: свадьба у нас была в один день. Отмечали в заводской столовке, как тогда и принято было. Что такое ресторан, представляли себе довольно смутно. Цветы, котлеты, квашеная капуста, мясо (партком постарался, выписали нам к свадьбе по пять вырезки), шампанское, что-то покрепче и так далее. Обе наши с Серегой невесты сшили платья пышные, белоснежные, но совершенно похожие, и причем обе были этим совершенно довольны. Это сейчас эксклюзив подавай, а тогда приличным считалось не выделяться.

Ну и костюмы у нас с Серегой были одинаковые — тоже на заводе купить помогли. Эдакие два жениха-молодца, одинаковых с лица. Еще до свадьбы нам дали по большой комнате в самом приличном общежитии для семейных: когда выдавали направления на жилье, в парткоме сказали, чтобы мы с потомством не затягивали, а то влетит им по партийной линии, что бездетных поселили. Ну, такое времечко тогда было. Золотое, кстати, времечко. До сих пор ностальгия мучит.

Ну, ЗАГС, две заводские «Волги» с молодоженами и куклами в лентах на капоте, за нами — автобус с гостями. Приехали, расселись, стали речи говорить и тосты, танцы начались. У нас было как бы две свадьбы «в одном флаконе» — стол общий, длинный, гости общие и так далее. Мы, две молодые пары, сидели друг напротив друга на разных концах длинного стола. Родители рядом, по обе стороны.

И вдруг чувствую: что-то не то! Молодая жена моего друга Сергея, Валентина, как-то украдкой на меня смотрит. Да я и сам не на собственную новобрачную украдкой поглядываю, а именно на нее, на чужую жену.

Да еще замечаю, что моя законная, только что окольцованная жена Света с Сережей как-то так странно переглядываются. И грустно мне стало. А не поспешили ли мы? Так ли свадебная «карта» легла? Напился я тогда на собственной свадьбе знатно, память отказала в тот самый момент, как нас, две пары молодоженов, в «Волги» усаживали – на первую брачную ночь везти в общагу! Больше ничего не помню.

А утром… Вдруг просыпаюсь в одной постели с Валентиной. Ну дела! И что интересно: ни совесть меня не грызет, ни чувства стыда нет. Да и у Вали то же самое — не горюет, а только смеется. Оказалось, что в соседней комнате общаги так же мирно и даже счастливо проснулись Сергей со Светой. Ну что тут будешь делать… Так и зажили.

Только после свадьбы поняли, кто кого любит по-настоящему. Разобрались, короче.

Но сразу же возникла проблема. Нравы в Советском Союзе были суровые. Кто бы узнал, что такая семейная «суматоха» образовалась, тут же всех из уютного общежития (а с жильем в столице было тогда вообще никак) выставили бы! А там и по комсомольской линии бы неприятности случились, и карьере по «аморалке», считай, конец — и так далее… Комсомольское собрание было тогда для молодых специалистов пострашнее атомной войны!

Короче, днем мы жили с женами вместе, а с возлюбленными – порознь! Зато ночью, как все уснут, тихонько перебирались к тем, к кому судьба чувства послала. И жили мы так четыре года, пока сначала у одних, потом почти сразу же у других сыновья не родились. Ну, тут все как полагается, друг другу мы не изменяли, было ясно, кто чей ребенок.

Короче, история продолжалась даже тогда, когда нам в новом доме как передовикам производства и молодым партийцам (мы-то с Серегой в КПУ вступили к тому времени) по квартире дали, по «двушке», почти одновременно. И на одной лестничной площадке!

Ну, а развелись мы почти в один день и потом в один день поженились «обратно», но только уже с учетом собственных пристрастий через четверть века — уже в годы перестройки. Когда на твою личную жизнь на заводе было уже, по большому счету, всем наплевать. И до сих пор дружим, вот сыновья вместе выросли, внуки вместе выросли, правнуки вместе подрастают…»

Такая «свингерская» история получилась. Что интересно, слушали ее в исполнении красноречивого Константина Дмитриевича за одним чайным столом с пирожками (двух сортов — от разных семейств) все вышеперечисленные персонажи. Время от времени кто-нибудь вспыхивал, пытаясь что-то дополнить, но потом махал рукой и улыбался: пусть так и звучит, какая теперь уже старикам разница…